Александр Романович Беляев
(1942-1984)
Произведения автора

35

на своей яхте или летали на, гидроплане вдоль берега, к Ницце и обратно.  Замок  игрушечного княжества Монако, прилепленный к желтым скалам, как ласточкино гнездо, сам казался игрушкой. Белой ниточкой протянулся  у  берега  прибой.  На  пляже видны были гуляющие величиною менее булавки. А  когда  пилот,  поворачивая обратно, направлял серый нос гидроплана в открытое море, зрелище было  еще более изумительным. Края горизонта, высоко поднятые благодаря  оптическому обману, превращали море в синюю чашу, над которой была опрокинута  голубая чаша неба. И казалось,  что  гидроплан  находился  в  центре  шара.  Внизу проплывали игрушки-парусники...  Эльзе  хотелось  смеяться  от  радости  и счастья.

    Она возвращалась на виллу бодрая и жизнерадостная, как  никогда.  После рационализированного, холодного,  полупустого  стеклянного  ящика  -  дома Готлиба - вилла казалась необычайно уютной  и  "жилой".  Здесь  Готлиб  не успел  еще  ввести  своих  чудачеств.  Вся    обстановка    была    несколько старомодна, но  красива  и  удобна.  Не  новый,  но  хороший  рояль  очень понравился Эльзе, и она играла на нем в теплые  вечера.  Дверь  на  балкон была  открыта,  над  водной  гладью  поднималась  луна,  бросая  на    море серебряную полосу, а ожившие от ночной прохлады  туберозы  дышали  сладкой истомой.

    И пьесы, которые она играла, были такими же красивыми, полнозвучными  и спокойно-радостными, как эти южные ночи.

    Казалось, отдыхал и Штирнер. Даже очертания лица  его  стали  мягче,  и ироническая улыбка не кривила губы. Только иногда,  останавливая  взор  на Эльзе, Штирнер вдруг становился задумчив и печален.

    Две недели прошли незаметно.

    Но в начале второй недели Эльза почувствовала в себе какую-то перемену. Она как будто стала пробуждаться от сна. Эльза уходила к  себе  и  подолгу сидела одна. Непрошеные мысли снова начали беспокоить ее. И, чему она сама удивлялась, Людвиг как будто становился ей менее дорог. Она глядела на его лицо, и оно становилось как будто все более длинным и неприятным.

    Штирнер замечал это и хмурился все больше. Не радовали его и телеграммы Зауера. Он сообщал о ряде неудач. За время отсутствия Штирнера возродилось несколько банков. Некоторые крупнейшие заводчики" и шахтовладельцы  сумели получить заграничный кредит и оплатили векселя, выйдя таким образом из-под финансовой кабалы Штирнера. Но главное - с отъездом Штирнера  против  него поднялась большая газетная кампания.  Объединение  в  руках  одного  банка Эльзы Глюк всего финансового и промышленного богатства страны признавалось опасным для государства и интересов  населения.  Правительственные  газеты были так же вооружены против Штирнера, как и частные.

    Необычайный, беспримерный успех Штирнера давал тему для самых различных предположений и толкований, причем большинство газет  склонялось  к  тому, что чем бы ни был вызван этот успех, он выходит из обычных рамок, а потому необходимо  бороться  с  этим  могуществом  также  необычными  мерами,  не предусмотренными в законе. Возможно, что правительство издаст  специальное законодательное постановление, направленное против Штирнера. Министры,  не утвердившие  устава  акционерного  общества    Мюнстерберга    и    Шумахера, принуждены были под влиянием общественного мнения подать в отставку,  хотя негласное следствие,  которое  велось  против  них,  не  могло  установить наличия корыстных мотивов в  их  поведении,  иначе  говоря  -  подкупа  Их Штирнером. Мюнстерберг не перенес удара  и  умер,  Шумахер  делал  попытку покончить с собой, выжил и уехал в Америку.

    Таковы были новости последней недели. О Штирнере знал уже весь мир. Имя его было у всех на устах. Здесь, в Ментоне, он с женой держался особняком.

 

Фотогалерея

Беляев - фото
Фото Александр Беляев
Alexandr Belyaev 8
Alexandr Belyaev 7
Alexandr Belyaev 6

Статьи












Читать также


Известные произведения
Поиск по книгам:


Голосование
Что из фантастики Беляева Вам больше всего понравилось?

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту