Александр Романович Беляев
(1942-1984)
Произведения автора

2

  -    молодые, прекрасные девы, живущие в  чертогах  бога  Одина,  решающие  судьбы  битв Лорелея - по древнему немецкому сказанию  -  нимфа,  живущая  на  рейнской скале того же названия и пением своим завлекающая путешественников с целью погубить их.] Прекрасно поет. Имеет  один  только  физический  недостаток: тяжелую поступь. Вы заметили? Берлинка, ничего не поделаешь! Если  бы  сто первых красавиц Берлина прошли по этой дорожке церемониальным  маршем,  их ноги подняли бы не меньше шума, чем рота солдат.

    - С этим недостатком можно помириться, если через сердце фрейлейн  Леер лежит путь к тайнам кабинета ее отца, - глубокомысленно сказал Лайль.

    "И зачем только такие догадливые люди бывают на  свете!"  -  с  досадой подумал Марамбалль. - Для француза женщина всегда  самоцель,  -  напыщенно ответил он. - Нас сблизила общая любовь...

    Лайль выпустил густой клуб из заново набитой трубки.

    - Любовь к спорту и пению. Представьте, она  обожает  Равеля,  Метнера, Стравинского    [Равель,    Метнер,    Стравинский    -    композиторы    левого направления] и... французские шансонетки. И  я  обильно  снабжаю  ее  этим легкомысленным жанром [жанр - род, манера художественного  творчества].  - Посмотрев на часы, Марамбалль сказал:

    - Однако мне пора. Музы призывают меня. Иду писать очередной фельетон.

    - Так не забудьте же посетить цирк Буша! Глоу! Огонь, жар, пламя,  зной и  кожа,  блестящая,  как  ботинки,  только  что  вычищенные  компатриотом Метаксы.

          2. ДВОЙНИК МАРАМБАЛЛЯ

    Марамбалль писал так же легко и непринужденно, как и жил: не углубляясь и не задумываясь о том, что выйдет. Иногда он удивлял редактора  и  самого себя блестящим фельетоном, иногда попадал впросак,  как  это  было  с  его злополучным фельетоном о выпитых морях вина и горах  съеденной  берлинцами свинины. В работе для него было трудным только одно: сесть  за  стол.  Вся его слишком живая, экспансивная [экспансивный -  стремительно  проявляющий свои чувства, не умеющий владеть собой] натура протестовала,  и  ему  было так же трудно засадить себя за стол, как ввести  в  оглобли  необъезженную лошадь.

    В этот день с ним было как  всегда.  Усилием  воли  он  заставлял  себя подойти к столу, но тотчас увертывался, проходил мимо, подходил к окну, и, напевая  веселую  шансонетку,  барабанил  пальцами  по  стеклу.  Потом  он открывал окно: душно. Потом закрывал его: мешает уличный шум. И  при  этом курил одну папиросу за другой.

    Измерив комнату  бесчисленное  количество  раз  вдоль  и  поперек,  он, наконец, перехитрил свою норовистую натуру: сделал посреди комнаты  резкий поворот, подбежал к столу с видом человека, бросающегося в омут, и  уселся в кресло, преисполненный решимостью.

    Марамбалль взял в рот новую папироску и зажег спичку. Но тут  случилось нечто, заставившее его забыть  о  фельетоне  и  повергшее  его  сначала  в недоумение, а потом и в ужас.

    Спичка зажглась с треском, как ей полагается, но Марамбалль  не  увидел огня, хотя слух не мог обмануть его, что спичка зажглась.  Раздумывая  над этим непонятным явлением, он продолжал держать спичку меж пальцев и  вдруг вскрикнул от ожога. Марамбалль бросил спичку, отдернув руку. Теперь он тер рукой обожженный палец, и в то же время продолжал видеть  свою  протянутую над столом руку со спичкой. Марамбалль в ужасе откинулся на спинку  кресла и наблюдал эту "третью руку", в то время как его дрожащие  руки  покоились уже на коленях. Он сидел так неподвижно минут пять, пока новое явление  не поразило его: он увидел, как вспыхнула, наконец, спичка в призрачной руке, как догорела и как отдернулась рука после ожога пальцев. Словом, он увидел то, что должен был видеть, когда зажег спичку, но видел

 

Фотогалерея

Беляев - фото
Фото Александр Беляев
Alexandr Belyaev 8
Alexandr Belyaev 7
Alexandr Belyaev 6

Статьи












Читать также


Известные произведения
Поиск по книгам:


Голосование
Что из фантастики Беляева Вам больше всего понравилось?

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту