Александр Романович Беляев
(1942-1984)
Произведения автора

99

чувствуете,  как  понизилась температура? Всего семь градусов. Это после адской жары.  Грипп,  насморк, воспаление легких... Все сидят в шубах и шапках...

    - А вы и не догадались закрыть холодильники  и  включить  электрические печи!

    - Да, но... - замялся  Пинч.  -  Мне  запрещено  касаться  аппаратов... Холодильники были  выключены,  электрические  печи  включены.  Температура медленно поднялась до двенадцати градусов. Вторая  дверь  не  поддавалась, как и первая.

    - Придется попробовать иллюминаторы.

    Цандер, Ганс и Винклер ходили из каюты  в  каюту,  пробовали  отвинтить винты, гайки, но все было напрасно. Пинч бродил следом и подавал всяческие советы, пока Ганс не прогнал его. Но через минуту Пинч появился снова -  в шубе, меховой шапке, рукавицах и меховых сапогах.

    - Температура ниже нуля. Неужели вы не чувствуете? Мы все окоченели  от холода. Вероятно, печи неисправны. И воздуха как будто меньше  становится. Что же это такое, мистер Цандер? Уж  лучше  замерзнуть,  чем  задохнуться. Смерь  от  замерзания,  говорят,  легче...  Осмотрите,  пожалуйста,  печи, господин Цандер.

    Явился и Блоттон, в дохе и шапке.

    - Как дела? - спросил он. - Странное дело! Венера ближе к  Солнцу,  чем Земля, и тем не менее мы мерзнем.  Говорили,  что  тела  на  Венере  весят несколько меньше, чем на Земле, а я чувствую тяжесть и усталость  во  всем теле...

    - Это потому, что ваше  тело  избаловано  в  пути  невесомостью.  Мышцы ослабели.  Ничего,  окрепнут!  Усталость  же,  вероятно,    от    недостатка кислорода. Ганс, пойдите осмотрите печи и прибавьте кислорода.., но будьте экономны! - тихо прибавил Цандер.

    Пинч преувеличил: температура больше не понижалась, но и не повысилась, хотя печи были исправны. Ганс приоткрыл кран нового кислородного  баллона, затем надел шубу и шапку: "От смертоносных  газов,  если  удастся  открыть иллюминатор, спастись невозможно, но от холода -  можно  и  должно",  -  и вернулся к Цандеру и Винклеру.

    - Запаса кислорода осталось на пять-шесть часов, - сказал он. - За  это время нам необходимо выйти во что бы то ни стало.

    Работа была трудная. Час проходил за часом, но ни одна оконная рама  не поддавалась.

    Постепенно пассажиры начали понимать всю серьезность  положения.  Этому немало способствовал и Пинч. Он  сеял  панику,  рисуя  ужасы  предстоящего удушья и замерзания. Винклер, случайно проходивший  мимо  кают-компании  и слышавший эти паникерские речи,  вызвал  Пинча  в  коридор,  ни  слова  не говоря, сгреб за шиворот, отвел в каюту и запер. Но семя  было  брошено  и давало плоды. Делькро и Эллен истерически  плакали,  мужчины  беспорядочно кричали,  обвиняя  во  всем  Цандера  и  большевиков.  Текер  бросался  от пациентки к пациентке со спиртом, валерьянкой, бромом.

    - Вы мужчины! Вы должны  что-то  предпринять,  -  шипела  леди  Хинтон, лишившаяся голоса.

    Начались беспорядочные споры. Наконец решили. Барон, епископ и Блоттон, предводительствуемые  Стормером,  двинулись  к  каюте,  где  в  это  время работали Цандер, Винклер и Ганс.

    Лица депутатов не предвещали ничего  хорошего.  В  такие  минуты  самые крепкие головы теряют рассудок и способны на безумные поступки. У  каждого из  депутатов  мог  быть  припрятан  револьвер.  Эгоизм  этих    людей    не остановился бы перед уничтожением других, чтобы за их счет  прожить  самим хотя бы несколько лишних часов Ганс в одну минуту понял все  это  и  вдруг пронзительно свистнул. Из коридора послышались торопливые  шаги.  Депутаты повернулись и увидали позади себя двух человек, о которых почти  позабыли: китайца и Мэри. Жак и Мэри переглянулись с Гансом и стояли молча,  как  бы ожидая только сигнала. Участники  полета  разделились  на  две

 

Фотогалерея

Беляев - фото
Фото Александр Беляев
Alexandr Belyaev 8
Alexandr Belyaev 7
Alexandr Belyaev 6

Статьи












Читать также


Известные произведения
Поиск по книгам:


Голосование
Что из фантастики Беляева Вам больше всего понравилось?

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту